Главная Новости Публикации Знаете ли Вы... Контакты Партнеры сайта Поиск

Поиск

Главная arrow Искусство резонансного пения arrow История создания
Открытое письмо профессору С.Б. Яковенко Печать E-mail
Автор В.П. Морозов   
17.04.2009 г.

В 1995 г. ко мне обратился известный певец, публицист и вокальный педагог, профессор С.Б. Яковенко с просьбой прокомментировать основные положения резонансной теории искусства пения. Я с удовольствием откликнулся на его просьбу, написав сначала краткие, а потом более развернутые комментарии к РТИП (опубликованы в 1995 и в 1996 гг.; см. Предисловие). Поскольку комментарии эти представляют интерес для любого творчески мыслящего вокалиста, я счел возможным поместить их во введении к этой книге, сохранив форму открытого письма к С.Б. Яковенко. 

Дорогой Сергей Борисович!

Резонансная теория пения родилась не вдруг и не случайно.

Во-первых, это не плод абстрактной науки: основу ее составляет практика выдающихся певцов. За 40 лет научной работы мне довелось обследовать многие сотни певческих голосов, в том числе величайших русских и зарубежных мастеров вокального искусства. Оказалось, что практически все они – ВЕЛИКИЕ – приверженцы резонансного принципа образования голоса, хотя и шли к этому разными путями и объясняют его разными словами. «Звук, лишенный резонанса, – это звук мертворожденный и распространяться не может... В основе вокальной педагогики лежат поиски резонаторов – звукового эха».

Эти слова принадлежат выдающемуся итальянскому певцу Джакомо Лаури-Вольпи, «до-диезы которого долетали до Луны», как писал о нем один критик в журнале «Paris». Он 30 лет пел на сцене Ла Скала. Он знает, о чем говорит: резонанс для него не теория – это его профессиональная певческая практика.

Тайной певческого резонанса (звукового эха), по словам Лаури-Вольпи, владел Шаляпин, которого он называет русским гигантом, заслонившим даже великого Карузо. Крупнейший итальянский вокальный педагог Дж. Барра, долгое время работавший во всемирно известном Центре усовершенствования певцов при театре Ла Скала, говорил: «...У нас в пении нет никаких секретов, никаких других возможностей в голосе, кроме резонанса. Поэтому резонаторную настройку – верный механизм голосообразования – нельзя терять ни при каких ситуациях. Потеряв резонанс, перестаешь быть певцом...». Эти слова я ставлю эпиграфом к моей теории.

Подобного мнения о могущественной роли резонанса в пении придерживались и придерживаются сам великий Э. Карузо, И. Корадетти, Г. Димитрова (личная беседа), Н. Гяуров. Из наших отечественных крупнейших певцов – Б.Р. Гмыря (я лично с ним об этом говорил), И.И. Петров (беседа записана на пленку), П.Г. Лисициан (о чем Вам хорошо известно как его ученику), конечно же, И.К. Архипова, о чем говорит ее высочайшая вокальная техника, Г.П. Вишневская, как это показали ее мастер-классы в МГК, транслируемые по ТВ, Е.В. Образцова (смотри ее высказывания в книге «Художественный тип человека» – М., 1994, которую я Вам подарил), известный эстонский вокальный педагог А. Ардер, учитель народного артиста СССР Т. Куузика (а Куузик – учитель Г. Отса), наш талантливейший вокальный педагог Г.Н. Тиц и продолжатель его школы П.И. Скусниченко и многие другие высокопрофессиональные певцы и педагоги. От них не услышишь разговоров о голосовых связках (я предпочитаю пользоваться этим термином, так как считаю введенный анатомами термин «складки» неудачным). «Гортани нет!», «Гортань – заминированная зона!» – говорят они. Вместо этого бесконечное число порой кажущихся фантастическими и «ненаучными» ощущений резонанса в голове, в груди, в области твердого неба и т.д. Эта «фантастическая» терминология описана мною в книгах «Вокальный слух и голос» (1965), «Тайны вокальной речи» (1967), «Биофизические основы вокальной речи» (1977) и других. При этом не только описана. Доказано ее право на существование – акустико-физиологические основы ее возникновения.

Таким образом, при разработке теории моя задача сводилась лишь к научному объяснению удивительной красоты, силы, естественности, полётности, выносливости и долголетия голосов великих певцов. Этому служили три основные науки: акустика, физиология, психология.

Во-вторых, резонансная теория пения родилась как противовес засилью связочно-гортанных концепций, поселившихся в головах многих вокалистов, как правило, неудачных. Я не отрицаю важную роль голосовых связок. Без них нет певца. Но суть в том, что даже самые мощные и тренированные голосовые связки физически не могут породить звук такой огромной силы, какой достигают большие оперные голоса: до 120 дБ (!) на расстоянии 1 м. Измерения показывают, что внутри голосового тракта звуковое давление достигает 155 дБ и более!!! Это чудовищная разрушительная сила звука, способная сжечь голосовые связки, как спички. Что, увы, нередко и бывает у неопытных певцов, пытающихся достичь большой силы голоса только напряжением голосовых связок (кровоизлияния, гематомы, отслойки слизистой и т.п.).

Почему же не происходит этого у великих? Как, например, у Шаляпина, который пел до своих последних дней, и других. Да потому, что их голосовые связки берут в союзники «ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО РЕЗОНАНС». Как я уже писал, простейший резонатор усиливает звук на 30–40 дБ, т.е. в 5–10 тысяч раз по мощности! Но – резонаторы не просто усиливают звук (теоретически кривая резонанса уходит в бесконечность!), не требуя при этом никакой дополнительной энергии, а лишь за счет увеличения коэффициента полезного действия голосового аппарата (как это показано в одной из моих работ; «Это "даровая энергия", – говорю я певцам, – возьмите ее!»). Резонаторы не только дают даровую энергию голосу, но к тому же берут под защиту эти слабые мышечные образования – голосовые связки, создавая высокий акустический импеданс (не путать с сопротивлением току воздуха!), облегчая их колебательную функцию путем обратного, так называемого реактивного воздействия на вибратор.

Таким образом, к трем основным (указанным мною в тезисах) функциям резонаторов – фонетической, эстетической и энергетической – следует добавить четвертую: защитную по отношению к голосовым связкам.

К сожалению, акустическая строгая теория этого вопроса – обратного влияния резонаторов на вибратор – практически не разработана, особенно по отношению к голосовому аппарату певца. Эмпирической моделью этого механизма может служить язычковая органная труба: уберите трубу-резонатор, и язычок под действием тока воздуха будет колебаться неуверенно, слабо, а то и вовсе «захлебнется», не родит звук. Для этого в некоторых органных трубах имеется не только верхний резонатор («надставная труба»), но и нижний, так называемый «башмак» (см.: Музехольд, 1925). В сущности – это модель верхних и нижних резонаторов певческого голосового аппарата, работающих как единая система. (Различия: органная труба настроена на один тон, а певческий голосовой аппарат на две певческие форманты – верхнюю и нижнюю).

Теперь я хочу спросить: не потому ли хорошие певцы и педагоги и говорят не о гортани (Боже упаси!), а о «трубе-резонаторе» внутри себя, и даже не столько о каких-то локальных резонансах, сколько об особом ощущении единого резонанса всего тела от диафрагмы до кончиков губ. Здесь уместно вспомнить об этих своеобразных ощущениях «звучащей трубы» внутри певца, как это справедливо, хотя и с юмором сказано в стихах о методе Крестинского, Тархова, которые Вы мне любезно предоставили, и многих удачливых педагогов, интуитивно чувствующих этого могучего союзника певческого голоса – «даровую энергию» резонанса (см. также: «точка Морана», «эффект Малютина», § 3.6., 3.7. и др.).

Как же происходит это чудо превращения нашего слабого голосового аппарата в легко, мощно и красиво звучащий музыкальный инструмент, способный соперничать по силе звука с целым оркестром? Каков механизм настройки певческих резонаторов и управления резонансом? Психофизиологической основой этого явления, как мною установлено, служат сильнейшие (при правильной настройке) вибрационные ощущения певцов в области лица, головы, груди и во всем теле (как считал великий Карузо, «певческий голос нужно ощущать всем своим телом, иначе в звуке не будет волнения и силы», и как говорил мне, например, Б.Р. Гмыря: «Я чувствую певческую опору в ногах». Или как говорят певцы: «Звук сочится из глаз», «резонирует в голове» и т.п.). Таким образом, вибрация резонаторов является индикатором их активности в пении и, таким образом, – средством достижения их максимальной активизации, ориентиром (Г.Н. Тиц, П.И. Скусниченко, Е.В. Образцова, см. также фото М. Ланца, § 3.6. и др.).

Огромную роль здесь играет психология: куда, на какие ощущения, ориентиры направлено наше внимание, сознание (и даже подсознание!): на гортань или на резонаторы?

Как я уже упоминал, многие считают, что вся сила и красота голоса родится на голосовых связках, поэтому: «Упражняйте их! Тренируйте, ощущайте их работу, манипулируйте ими», – говорят они. Как правило, эти певцы – завсегдатаи фониатрических кабинетов (о причинах этого см. гл. 5). А ведь «великие», как правило редко туда заглядывают, ибо голоса их защищает не врач-фониатр, а резонанс! Но я не хочу обвинять сторонников «связочной теории» – это не их вина, а их беда: так их учили и так пишут в большинстве руководств.

Да, конечно же, о резонансе говорится, но как-то формально, и многим не ясно, что это такое. Мышца ближе. Ее можно потрогать, ощутить, пошевелить, сжать, расслабить, что-то поднять, что-то опустить. Поэтому резонансу отвешивается формальный поклон (это-де теория), а на мышцы голосовых связок молимся: там видится многим источник всех голосовых чудес и дорога на Олимп. Роковое заблуждение! Это дорога в тупик и путь к фониатру. Таких я видел множество.

Дейл Карнеги справедливо сказал, что человек – это то, что он о себе думает. Сколько в этом глубокого смысла! Это полностью справедливо и по отношению к голосу: певческий голос – это то, что мы о нем думаем, т.е. каков наш эстетический идеал, эталон певческого звука и, главное, – технологический принцип его образования.

Представление рождает движение (это название раздела одной из моих книг). Этот психологический закон известен уже сто лет. В сегодняшней психологии он обозначается термином антиципация (предвосхищение). Грузинский психолог Д.Н. Узнадзе построил на этом свою теорию установки. Академик А.А. Ухтомский назвал это состояние оперативным покоем. Человек еще недвижим, но он уже «запрограммирован» на выполнение какого-то действия, модель которого он создал в своей голове. Академик П.К. Анохин специально изучал это психофизиологическое явление и назвал его «опережающим отражением». Например, певец, подходя к высокой ноте (как в «Фаусте» «do2»), уже мысленно ее пропевает, так что все предыдущие ноты звучат как бы «окрашенными» тембром этой высокой ноты. (Об этом говорит В.Н. Кудрявцева-Лемешева, описывая технику пения Сергея Яковлевича Лемешева, да и сам Лемешев в своей книге «Путь к искусству»). Но как зазвучит эта нота, будет зависеть от того, какой образ, принцип работы голосового аппарата певец создал, нарисовал в своем воображении. Если это образ гортани и голосовых связок, через которые «протискивается» струя воздуха из легких, то все это увидят и слушатели, услышат горловой «связочный звук», разумеется. Если же певец «видит» внутри себя органную трубу, как советовали Е.Г. Крестинский, Д.Ф. Тархов, или духовой инструмент тубу, как советовал А. Ардер, или «резонансо», как постоянно твердил Дж. Барра, то слушатели это и услышат. Ибо представление певцом механизма голосообразования рождает соответствующие движения его голосового аппарата. А звуковая волна рабски несет на себе отпечаток этих движений – технологического способа образования звука.

Огромную роль в формировании этих представлений играет наша эмоциональная сфера. Организующая роль эмоций, важнейшая роль эмоциональной образной вокальной терминологии как средства оптимальной настройки певческого голоса – это один из главных разделов резонансной теории пения. Эмоции – это волшебный ключ, которым легко и свободно открываются потайные клады голосовых чудес, подсознательные механизмы управления певческим процессом, достигается оптимальная и скоординированная работа дыхания, гортани, резонаторов. Причем, что самое важное, – без какого-либо упоминания «официальных» названий этих органов и систем. Здесь, как Вам хорошо известно, широко используется метод «как будто», так я его называю. «Как будто у вас внутри труба или пружина». «Вдохните так, как будто вдыхаете аромат чудной розы». И все мгновенно организуется наилучшим и естественным образом. Выражений таких тысячи. При управлении резонансом тоже используется множество «как будто», т.е. эмоционально-образных ассоциаций, вызванных ощущением вибрации стенок резонаторов голосового тракта в целом и даже более отдаленных участков тела. 

Вспоминается такой любопытный случай, описанный мною еще в книге «Тайны вокальной речи» (1967). На вокальном семинаре в Киевской консерватории (куда я был приглашен читать лекции) был открытый урок одного весьма опытного авторитетного профессора. У рояля – тенор, очень хороший голос. Но ему не удается верхнее sib. Педагог и так и сяк, но не получается. Тогда профессор (это была дама) решается применить метод «как будто» (который, по-видимому, давал положительные результаты в классе). «Костенька, – советует педагог, – приготовь в голове большое пустое место и пой в это место!» Костенька – врач, он прекрасно знает, что в голове мозг и там нельзя приготовить «пустое место». Но совершается чудо – si-бемоль звучит ослепительно ярко, свободно, «в фокусе», в высокой и близкой позиции, одним словом, все что надо. Публика – а это все профессионалы – вокальные педагоги – естественно разражается аплодисментами.

Я всю жизнь защищал метод «как будто» от незаслуженных нападок ревнителей формальной науки как со стороны, так и в среде самих вокалистов (как ни странно, есть и такие). Важно только, чтобы метод «как будто» и эмоциональный, подчас фантастический образ, заложенный в термине «как будто», соответствовал правильному, а не ложному пониманию педагогом естественной природы певческого голоса и резонансному принципу его образования.

Таким образом, резонансные эмоционально-образные представления, резонансные принципы формирования звука – это эффективный путь воспитания оптимальной певческой техники и, прежде всего, – особой психологии пения, которой владеют великие певцы, психологии и техники овладения поистине безграничной силой, полётностью, красотой и долговечностью певческого голоса. Это путь, проверенный практикой выдающихся певцов и обоснованный наукой. Об этом все мои книги, статьи и лекции для вокалистов. Я был бы счастлив, если бы резонансная теория пения помогла многим ищущим избежать, увы, не редких трагедий, найти себя как певца и свою дорогу на певческий Олимп.

С пожеланием успехов в Вашем творчестве
и дружеским расположением
Владимир Морозов
Москва, 20 ноября 1995 года

Наверх

Последнее обновление ( 11.10.2014 г. )
 
Последние публикации на сайте
Материалы по этой теме
rtpr_cover.gif

Случайная цитата

Существует энергичное взаимопроникновение звучания и резонирования, что способствует гармоничному и обогащенному звуку. Для того,чтобы этот процесс взаимопроникновения состоялся, резонаторные пути должны быть свободными.

Кристин Линклэйтер, амер. педагог по сценической речи.